Deci?Дечебал Григоруцэ
авторский сайт композитора
 
 

О-Рэн 1-я сцена 2-я сцена 3-я сцена

 

Д. Григоруцэ.

O-Рэн
(Оперное либретто по мотивам Рассказа Акутагавы Рюноскэ "Странная встреча")

Действующие лица.

О-Рэн, девушка 14-15 лет (меццо-сопрано)
Макино, мужчина 40 лет (баритон)
Кин-сан, молодой человек 15 лет, возлюбленный О-Рэн (немая роль)
Предсказатель, он же Голос за сценой, он же Пролог (высокий тенор или фальцет). Выглядит, как выглядел бы Кин-сан в 70 лет.
Таки, жена Макино. Эту роль исполняют две одинаковые актрисы. Выглядит, как выглядела бы О-Рэн в 40 лет.
Кроткий образ Таки: (сопрано)
Сварливый образ Таки: (разговорная роль)


Пролог (говорит): В конце XIX века, во время войны между Китаем и Японией интендант японской императорской армии Макино выкупил из веселого дома китайскую девушку по имени Мэн Хэйлянь. Сейчас трудно установить с полной ясностью, что именно побудило его к этому шагу. Было ли это мимолетным увлечением или же чем-то большим?.. Но можно представить сколько сил и средств потратил он, чтобы тайно вывезти женщину из вражеской страны и поселить ее в маленьком домике на окраине Токио.
Став содержанкой Макино, юная Хэйлянь избежала более страшной участи, но взамен утратила свое прошлое. Теперь у нее не было ни родных, ни подруг. Не было у нее и родины. Даже имя свое она потеряла. Чужая страна дала ей новое имя, японское имя О-Рэн.

О-Рэн 1-я сцена 2-я сцена 3-я сцена В начало

СЦЕНА 1.

Крохотный домик на окраине Токио - жилище снятое для О-Рэн ее господином Макино.

О-Рэн (одна): Ну вот, стала причесываться как замужняя женщина... Вечерами сижу у жаровни напротив Макино. А ведь у него семья, жена и двое детей... А я пью с ним сакэ. Он пьет и заглядывает мне в глаза. Как он ужасно разжирел! Тоскливо, когда его нет. Но если приходит, ненавижу. Зачем он увез меня в чужую страну, в чужой город, к чужим людям...

Входит Макино.

Макино: Ну как ты здесь, О-Рэн? Не скучала ли?.. Все молчишь... (добродушно) Ну что ты за человек, О-Рэн! Даже Токио тебе не по душе.

Некоторая пауза.

Макино: Вот что, налей ка мне сакэ.

Песня Макино.

До чего ласкает слух
Расчудесный этот звук
Буль-буль-буль-буль-буль-буль
Из бутылки полилось
Тонкой струйкою сакэ!
 
Хорошо в вечерний час
У огня сидеть вдвоем.
Буль-буль-буль-буль-буль-буль
Из бутылки полилось
Тонкой струйкою сакэ!

О-Рэн наливает Макино сакэ, замечает у него на щеке царапину.

О-Рэн: Что случилось? Откуда у вас эта царапина?
Макино: Эта? Жена оцарапала.
О-Рэн: Фу, какая противная у вас жена! С чего это она опять за старое взялась?
Макино: С чего, чего. Обычная ревность. Она ведь знает, у меня есть ты. Так что лучше не попадайся ей, а то несдобровать. (Немного театрально) Глотку перегрызет, как дикая собака! Глотку перегрызет, как дикая собака!

О-Рэн хихикает.

Макино: Нечего смеяться. Стоит ей узнать, что я здесь, мигом примчится.
О-Рэн: Когда это случится, тогда и буду думать, что делать.
Макино: Ну и отчаянная ты!
О-Рэн: Вовсе не отчаянная. Просто люди моей страны...
Макино(рассеянно): Твоей страны?..
О-Рэн: Безропотно мирятся с судьбой.

Сцена преображается. Полумрак. Откуда-то появляется множество сидящих в неподвижных позах людей. Лиц не видно. Фигура Макино застывает и обезличивается. Он один из них. Все молчат. О-Рэн мало-помалу охватывает страх. Неожиданно один из сидящих неподалеку от О-Рэн поднимается, делает шаг в ее сторону, становится у нее за спиной и пристально на нее смотрит. Это Кин-сан.

О-Рэн (оборачивается): Кин-сан!..

Наваждение рассеивается. Только Макино сидит в прежней позе.


О-Рэн 1-я сцена 2-я сцена 3-я сцена В начало

СЦЕНА 2.

Безлюдная окраинная улица Токио. О-Рэн одна.

О-Рэн: Кин-сан, ты не приходишь ко мне. Ты забыл меня, забыл меня. Ты исчез так внезапно, не сказав ни слова. Но ты не мог уйти просто так! Мы были так близки, так близки... Мужчины так ветрены, так непостоянны. Неужели ты мог забыть меня, мой Кин? Я не знаю где ты, что с тобой. Улица, где я жила тогда, была так неспокойна. Может с тобою что-то случилось? Может ты шел ко мне и попал в беду?.. Страшно об этом думать. Лучше не думать вовсе. Ты придешь ко мне. Придешь, придешь ко мне...

Некоторое время стоит молча. Из-за сцены слышится приближающийся голос Предсказателя.

Предсказатель: Предсказываю судьбу. Предсказываю судьбу. Предсказываю судьбу.

Входит Предсказатель.

О-Рэн (взволновано): Скажите, скажите мне... Я хочу узнать...
Предсказатель (перебивает): Постойте. Сколько лет ему?
О-Рэн: Ему исполнилось...
Предсказатель (перебивает): А впрочем мне и так ясно. Он родился под белой звездой года Зайца.

Предсказатель бережно достает гадательные принадлежности: курительницу для благовоний, полоску бумаги, кисть, тушь и мешочек из золотой парчи. Из мешочка он извлекает три монеты продырявленные посередине. Каждая завернута в розовый шелковый лоскутик. Во время своего монолога предсказатель медленно их разворачивает.

Предсказатель: Мое гаданье называется "Подбрасыванье монеты". Оно служило еще древним мудрецам. Оно поможет нам определить и зло и благо, определить и зло и благо.

Зажигает курительницу, принимает достойную осанку.

Предсказатель: О, всемогущие боги. О, святые вселенной. Прошу, снизойдите ко мне. Нависла большая беда. Молю вас о предсказаньи.

3-я гексаграмма Предсказатель 6 раз подбрасывает монеты и после каждого раза рисует (снизу вверх) на бумаге сплошную или прерывистую черту. В результате получается 3-я гексаграмма китайской "Книги перемен".

Предсказатель: Выпавшие триграммы именуются истолкованием грома и водной стихии. А это значит, что желанья ваши не сбудутся. Вряд ли вы увидитесь вновь.
О-Рэн: Неужели его нет в живых? Не может быть!
Предсказатель: Жив он или нет установить трудно. Быть может все, но на встречу не надейтесь.
О-Рэн: Почему?
Предсказатель: В жизни всякое бывает. Случается и невероятное. Если б Токио вдруг превратился в лес, может вам бы тогда удалось бы встретиться...

О-Рэн 1-я сцена 2-я сцена 3-я сцена В начало

СЦЕНА 3.

Обстановка та же, что и в первой сцене. О-Рэн сидит у жаровни и щипцами для углей пишет на золе "Кин, Кин, Кин..." Стирает и пишет вновь. Неожиданно из темноты выступают две совершенно одинаковые женские фигуры.

О-Рэн: Кто здесь?
Кроткая Таки (застенчиво, миролюбиво): Я... Я жена Макино. Меня зовут Таки.
О-Рэн: Вот как? Я...

На протяжении всей сцены О-Рэн общается только с кроткой Таки. Сварливая Таки стоит немного поодаль и зло смотрит на О-Рэн.

Кроткая Таки: Не продолжайте. Я все знаю. Вы так хорошо заботитесь о Макино. Примите мою благодарность.

О-Рэн в замешательстве. Как только кроткая Таки умолкает, начинает говорить сварливая Таки. Ее голос слышится откуда-то издалека. Она кричит, но слов почти не разобрать.

Сварливая Таки: Ах. так это ты, чертовка! Хороша, нечего сказать. На молоденьких его, видишь ли, потянуло! Да ты же едва старше моей дочери!
Кроткая Таки: Сегодня первый день Нового года. И, воспользовавшись этим, я решила обратиться к вам с просьбой.
О-Рэн: С какой именно? Если только это в моих силах...
Кроткая Таки: Мне кажется скоро Токио превратится в лес. Разрешите мне поселиться в вашем доме, как это сделал Макино.

О-Рэн потрясена.

Сварливая Таки: Что ты там такое говоришь? Ты вообще слышишь меня? Я с тобой разговариваю! Хоть бы покраснела немного. Распутница! Сколько он на тебя денег просадил! А семья сидит без куска хлеба. Ты посмотри во что я одета! И за что? За то, что я столько лет забочусь о нем, слова плохого ему не говорю. А теперь значит стара, не нужна значит?! Он и с тобой так же поступит! Как надоешь, выбросит на улицу и даже не вспомнит кто ты такая. Вспомнишь мое слово! Я то жена ему. А ты кто? Потаскуха, вот ты кто!
Кроткая Таки: Ну так как, разрешите поселиться? Что случится со мною неважно. Детей жаль, если меня выгонят из дома.
Сварливая Таки: ...Если на меня тебе наплевать, то хоть детей бы пожалела! С ними то что будет?
Кроткая Таки: Я понимаю, что доставлю вам много хлопот. Все же прошу, разрешите мне поселиться у вас. (Плачет, уткнувшись лицом в шаль).

О-Рэн смотрит на кроткую Таки с бесконечным сочувствием, затем берет ее под руку и ведет в дом (на авансцену). Сварливая Таки остается на месте, продолжая ругаться.

Сварливая Таки: Оставь Макино. Уезжай куда хочешь, только чтоб не видеть тебя никогда. Не будет вам жизни с Макино, не будет! А не послушаешь меня, так я сама тебя вот этими руками задушу. Шлюха ты, шлюха, шлюха! Шлюха!!!
О-Рэн (немного отходит от кроткой Таки, обращаясь в сторону зала): Ах, какой она хороший человек. Пришла и слова мне плохого не сказала (оборачивается). Таки, милая...

Обе Таки исчезают. О-Рэн некоторое время стоит в нерешительности. Немного позже входит Макино.

Макино (торжественно, немного комично): Я пришел к тебе, О-Рэн! Я пришел к тебе, О-Рэн! Встречай, встречай меня! С радостью к тебе пришел я! Скоро оставлю я свою службу. Скоро я получу много денег. Скоро мы переедем отсюда. Скоро мы будем жить в одном доме. Скоро мы всегда будем вместе. Всегда! Возрадуйся, О-Рэн, вместе со мной!

Замечает, что О-Рэн совсем его не слушает.

Макино: Вижу что-то ты не рада. Опять хандришь, опять мечтаешь. Оч-нись, скажи о чем ты грезишь наяву?
О-Рэн: Здесь только что была ваша жена.
Макино: Ну и что?
О-Рэн: По-моему с ней не все в порядке. Надо что-то делать, немедленно делать, не то случится несчастье.
Макино: Чем беспокоиться о моей жене, о себе бы подумала.
О-Рэн: Что будет со мной не важно. Что будет со мной все равно...
Макино: Совсем не все равно.
О-Рэн: ...Но прошу вас, не бросайте жену, ведь в целом свете для нее нет человека дороже, чем вы.
Макино: (сердито): Хватит, хватит. Я сам все это знаю. Зачем напоминать мне это все! Это мне решать. Тебя это не касается. Захочу — уйду, захочу — вернусь! Это мне решать!
О-Рэн: Нельзя быть таким бессердечным! Я не смогу с вами жить!
Макино: Даже так? Может ты еще скажешь, что тебе приятней быть продажной девкой!

Макино в негодовании удаляется. Некоторая пауза.

О-Рэн: (с мертвенным спокойствием): Макино. Сволочь Макино. Будто я себе судьбу такую выбрала сама.

Медленно подходит к туалетному столику, достает бритву. Стоит, смотрит на себя в зеркало. Медленно оборачивает один конец бритвы рукавом своего яркого нижнего кимоно. Не отрываясь, смотрит в глаза своему отражению.

О-Рэн: Я ничего не могу сделать. Он все равно не поймет. Лучше мне не видеть белого света.

Медленно поднимает руку с бритвой.

Голос за сценой: Не делай этого. Не делай.

О-Рэн останавливает руку. Прислушивается.

Голос за сценой: Не делай этого. Не делай.
О-Рэн: Кто это?
Голос: Не делай этого. Не делай.
О-Рэн: Знакомый голос. Исси-сан?
Голос: Не делай этого. Не делай.
О-Рэн: Давно не виделись. Где же ты?
Голос: Не делай. Не делай этого. Не делай.
О-Рэн: Даже ты удерживаешь меня. Разве не лучше умереть?
Голос: Не делай этого. Он жив, жив, жив, жив...
О-Рэн: Кто?

Молчание. Тиканье часов.

О-Рэн: Кто жив?
Голос: Кин. Кин-сан жив, жив Кин-сан...
О-Рэн: Правда? Если б только это оказалось правдой!
Голос: Кин-сан жив. Он жив. Жив...
О-Рэн: Но если он жив и не приходит, значит не хочет встречаться со мной.
Голос: Придет, обязательно придет.
О-Рэн: Придет? Когда?
Голос: Скоро придет сюда.
О-Рэн: Ко мне? Сюда?
Голос: Скоро. Придет сейчас к тебе...

О-Рэн долгое время сидит неподвижно. Из темноты выходит Кин-сан, обнимает ее со спины (не касаясь), затем садится рядом. Смотрят друг другу в глаза. Сцена темна, освещены только действующие лица.

Заключительный монолог О-Рэн.

Словно из дикой пустыни
Я домой воротилась...
Долго шла я по ночи,
Черной ночи Токио.
 
Но сбылось предсказанье
И исчез шумный город.
Куда ни глянь, лишь лес кругом,
И птицы поют так беспечно и радостно.
А с ними и я петь готова, не в силах верить...
 
Милый мой Кин,
Мы снова вместе.
Мы снова вместе навсегда,
Снова вместе навсегда...
 
Кин, почему ты молчишь?
Скажи мне хоть что-нибудь...
 
Боялась я,
Что с тобою беда
Что тебя нет в живых,
Что ты просто забыл меня.
Прости меня за эти мысли!
Я знала, что ты найдешь меня,
Что ты придешь ко мне,
Кин-сан...
 
Ты пришел... Ты пришел...
 
Как проста птичья песня.
Как свежо это утро.
Больше не будет ничего,
Не случится ничего...

Постепенно сцена освещается. Справа и слева от главных действующих лиц появляются все остальные персонажи (обе Таки, Макино, Предсказатель). Ситуация аналогична наваждению из первой сцены, но теперь взгляды героев открыты. Они неподвижны и напоминают фарфоровые китайские статуэтки. Время останавливается.

Затемнение.


О-Рэн 1-я сцена 2-я сцена 3-я сцена В начало
© 1990- Дечебал Григоруца
  Rambler's Top100